«Мертвая петля»

Об авиации мечтал сколько себя помню. Истребителем, только истребителем! Всю доступную тогда литературу читал взахлеб. Кожедуб, Маресьев, Покрышкин, Чкалов — это же музыка до дрожи в мальчишеской душе. Вот это люди. Вот это жизнь! А когда поступил в Черниговское училище летчиков истребителей: Виктор Талалихин, Петр Нестеров и сколько еще
славных имен на заре авиации и во время Великой Отечественной войны узнала история.
С одним из этих великих имен судьба свела меня самым неожиданным образом. Из всех фигур пилотажа «петля Нестерова» или «мертвая петля» была самой сложной в исполнении. Капитан Анохин, наш инструктор, выполнял ее с нами — курсантами на спарке Миг-15 УТИ, объясняя подробно действия летчика при выполнении этой фигуры. И все было ясно и просто. Но когда в самостоятельном полете на Миг-15 БИС мне впервые пришлось выполнять «петлю Нестерова», я понял, на собственной шкуре, почему ее называют «мертвой». А первым ее выполнил и теоретически обосновал наш, русский, военный летчик Петр Нестеров. Следует ли говорить почему этот летчик был нашим кумиром?
Прошли годы. После окончания училища в 1960г. весь наш выпуск уволили в запас. Страна взяла курс на развитие ракет класса земля-воздух и такое количество летчиков-истребителей посчитали не нужным. Надо было жить и работать дальше. На Апшероне есть такое местечко Загульба. Молодежный туристический лагерь от ЦК комсомола Азербайджана в Загульбе являлся жемчужиной на Каспийском побережье. Со всего СССР и стран демократического лагеря приезжали сюда отдыхать комсомольцы. Мне довелось работать там спасателем.
И вот, однажды, прошел слух, что к нам едет группа из Франции. Особист из лагеря предупредил нас не вступать в контакт с «капиталистами». Наблюдая за купающимися француженками, я обратил внимание, как одна из них, выбегая из воды, кричит: «Сатир! Сатир!» Старинное русское слово, вышедшее из повседневного. Заинтересовался, откуда такое знание русского?
-А я русская. Я внучка Петра Нестерова! Работаю переводчицей в Обществе
русско-французской дружбы».
Это был шок! Внучка великого русского летчика передо мной? Но почему во Франции? Твой дед наш национальный герой. Тебе сам Бог велел жить в России.
В те, далекие годы гражданской войны, брат Петра Нестерова эмигрировал во Францию увезя с собой и семью старшего брата. А сам Петр остался. Ну меня и понесло. Такие люди! За Державу обидно. Я, летчик-истребитель запаса, рассыпался в красноречии, как у нас в Союзе ей было-бы хорошо жить в ореоле славы своего деда.
-Я согласна, Владимир, я перееду, а как мои капиталы?»…
Удар ниже пояса. Девчонке 19 лет у нее капиталы, а у меня «в кармане вошь на аркане». Выхожу из атаки. Я сбит.
Вот такая «мертвая» петля Нестерова.

Владимир Овсянников